Анатолий Отырба

Политика и экономика

Previous Entry Поделиться Next Entry
Формула третьей силы: хинди руси бхай бхай - Часть -1
otyrba
В  журнале «Экономические стратегии» вышла наша совместная с Андреем Кобяковым и Дмитрием Голубовским статья. Поскольку на сайте доступ к ней платный,  а гонораров редакция не платит, у меня есть полное право выложить ее у себя, чтобы хотя бы друзья могли ознакомиться с ней бесплатно.  




Формула третьей силы: хинди руси бхай бхай (Часть 1)
Чтобы не оказаться расплющенной между молотом Запада и наковальней Китая, России необходимо углублять стратегические отношения с Индией.

Отырба Анатолий Асланович — директор Фонда интеграционного развития Азиатско-Тихоокеанского региона, профессор Академии геополитических проблем,

Кобяков Андрей Борисович — председатель правления Института динамического консерватизма, кандидат экономических наук.

Голубовский Дмитрий Олегович — член экспертного совета и комитета по валютно-финансовой и денежно-кредитной политике «Деловой России».

Аннотация
В статье анализируются глобальные политические процессы. Авторы исходят из того, что мир деглобализируется. Констатируется, что два конкурирующих центра сил – американоцентричный Запад и китаеецентричный Восток формируются. Ставится вопрос о роли России в процессе переформатирования мира, о ее месте в будущем мире, и делается попытка найти его.

Ключевые слова
Деглобализация, изменение принципа мироустройства, новая конфигурация мира, межцивилизационная конкуренция, роль России в процессе перестройки мира, трехполюсной мир, индо-российский стратегический альянс,



Гегемон пытается сохранить однополярность
Последнее время глобальный мир сталкивается со все возрастающим числом факторов дестабилизации, большая часть которых непосредственно затрагивает вопросы безопасности России. Торможение глобального экономического роста, сопровождающееся падением цен на нефть, не случайно совпало с украинским политическим кризисом. Украинский кризис в свою очередь используется США для реанимации НАТО и наращивания военного присутствия в Европе. Постсоветское пространство уже не первый год является объектом мягкой агрессии: последний майдан в Киеве — лишь очередной аккорд в дирижируемом американцами концерте цветных революций. Украинский кризис — явление того же порядка, что дестабилизация исламского мира, получившая название арабской весны и приведшая к кровавой гражданской войне в Сирии и Ливии, к столкновениям в Йемене и Египте, наконец, к тому, что на руинах Ирака и Сирии под знаменем идеи возрождения халифата возникло Исламское государство.
Не секрет, что все эти деструктивные процессы моделируются, инициируются и до определенной степени управляются Соединенными Штатами, в связи с чем у многих наблюдателей создается впечатление, что американцы прилагают огромные усилия, направленные на какое-то переформатирование сложившегося миропорядка. В реальности же их цель прямо противоположная. Американцы пытаются не изменить мир, провоцируя деструктивные тенденции ради последующего насаждения прогресса, а, напротив, законсервировать сложившееся однополярное мироустройство, в котором США гегемон. Разрушение не сменится созиданием, на смену архаике не придет прогресс. После американского вмешательства страны и народы на долгие годы, может быть на поколения, оказываются погруженными в хаос.
Что же заставляет США, — страну, которую большая часть человечества весь XX в. рассматривала как оплот демократии и стабильности, — теряя былой авторитет, открыто демонстрировать миру подобную политику, которую все сложнее оправдывать мифами и легендами либерализма?

Больной медведь
Большинство российского экспертного сообщества считает, что агрессивные действия США направлены в конечном итоге против России, которую Вашингтон рассматривает как своего главного врага. Ведь Россия — единственная страна, способная уничтожить США, пусть даже ценой собственной гибели. Ни у одной другой страны мира нет достаточного для этого арсенала оружия массового поражения, и поэтому Россия является целью Вашингтона, ибо она одна ограничивает его в стремлении к абсолютной гегемонии. Надо признать, что оснований считать так у российских экспертов более чем достаточно, поскольку именно России американцы за последние годы создали целый комплекс проблем, и их число постоянно растет. Но является ли Россия стратегической целью США или все-таки они ее рассматривают в качестве тактической цели?
Мало у кого вызывает сомнение, что все происходящее сегодня на Украине инспирировано США и направлено против России. Причем самой Украине в политической партии, разыгрываемой американцами в Евразии, отведена роль одноразового инструмента: выполнив свои функции, он окажется выброшен на свалку истории. Но почему мы полагаем, что именно Россия является конечной целью и что Россия с ее сильной зависимостью от экспорта и внешнего финансирования не может быть или стать в обозримом будущем аналогичным инструментом в руках США? Что заставляет думать, будто Россия как-то существенно отличается от Украины? Ведь установившиеся здесь и там после распада СССР политэкономические системы практически идентичны.
США выиграли холодную войну не потому, что сами по себе были сильнее СССР, а потому, что смогли обыграть нашу страну экономически, поощряя внешнеэкономическую политику, приведшую к становлению двухукладной, зависимой от экспорта сырья советской экономики. Именно эта углублявшаяся в последнее десятилетие существования СССР зависимость стала триггером, запустившим события, которые разрушили сначала общий рынок Восточного блока, а затем и сам СССР. Современная экономическая политика России — всего лишь сильно ухудшенная копия экономической политики позднего СССР, проигравшего американцам в экономической конкуренции. Результаты этой политики плачевны. Россия сегодня подобна больному медведю, который может лишь огрызнуться, но не представляет реальной опасности. Она не способна на экспансию ни в какой форме, даже в среднесрочной перспективе хотя бы потому, что, не обладая суверенной финансовой системой и значимым объемом национального капитала, не в состоянии оплатить ее.
Россия, если ее не провоцировать, угрожая непосредственно жизни ее элиты, не представляет никакой опасности для США. Наличие у России ядерных сил американские политики используют лишь как повод для поддержания вокруг нашей страны ауры угрозы, что помогает им консолидировать Европу и осваивать военные бюджеты. На самом деле они прекрасно понимают, что
Россия никогда не применит против них ядерное оружие, и причина этого ясно выражена в приписываемой Збигневу Бжезинскому фразе: «Я не вижу ни одной ситуации, при которой Россия воспользуется своим ядерным потенциалом. Она может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков. Но поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежит в наших банках, то вы еще разберитесь: это ваша элита или уже наша?»

Основная цель американской стратегии сдерживания
Несмотря на то что Россия является важным звеном современного мира, не она рассматривается в качестве конечной цели глобальной американской стратегии. Сегодня в мире есть лишь одна страна, которая может быть названа реальным конкурентом США, — это Китай. И правильно будет связать все последние агрессивные действия США со страхом дальнейшего экономического подъема Китая на фоне исчерпания возможностей экономического роста самих США, за счет как внутреннего рынка, так и экспансии. Приступив к реализации таких проектов глобального значения, как южный и северный Шелковый путь и Никарагуанский канал, Китай продемонстрировал миру не только масштабы своих планов, но и способность реализовать их. Такие политические шаги, как программа интернационализации юаня, темпы реализации которой впечатляют, создание Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (AIIB), а также заявления о постепенном отказе от накопления валютных резервов, свидетельствуют о том, что Китай бросил вызов США. Он покусился на самое святое для Соединенных Штатов — правила игры на глобальном уровне финансовых отношений, сложившихся после Второй мировой войны, то есть на существующий на протяжении 70 лет мировой финансовый порядок, основанный на господстве доллара США и обеспечивающий американцам безбедную жизнь за счет латентного ограбления человечества с помощью финансовых технологий.
Чтобы было понятно, о чем идет речь, следует хотя бы вкратце охарактеризовать одну из фаз современной истории человечества, искаженно трактуемую историками. Речь идет об освобождении многих стран и народов от колониального гнета. Спору нет, дело благое, и, надо признать, деколонизация проходила без особых эксцессов по большей части под лозунгами свободы. Содействовали этому обе конкурировавшие тогда главные силы мира — СССР и США, но их политика в отношении освобождавшихся стран принципиально разнилась. СССР, создавая союзников с целью расширения сферы влияния, содействовал развитию стран, с которыми ему удавалось выстроить дружеские отношения. США же, чей доллар стал общемировой валютой, ликвидировав традиционную, колониальную форму эксплуатации, требовавшей физического присутствия эксплуататоров, навязали новую, основанную на финансовой зависимости и позволяющую эксплуатировать неявно, с помощью финансовых технологий, — неоколониализм.
При финансовой эксплуатации эксплуатируемые сами приносят ссудные платежи американским банкам, выдавшим им кредиты, и за валюту, эмитируемую метрополией, продают ей свои товары, инвестируя прибыль в рынок метрополии. Это позволяет существенно снизить издержки контроля колоний и повысить эффективность деятельности колониальных администраций, существующих под видом национальных правительств.
Если же учесть, что метрополия (США), отказавшись от обеспечения доллара золотом или каким-либо еще твердым активом, фактически создает свою валюту «из воздуха», становится понятно, что эмиссия доллара стала самым прибыльным экономическим видом деятельности в мире [1].
Сегодня в финансово-экономическом отношении мир представляет собой глобальную систему, в которой значительная часть планеты является не чем иным, как финансовой колонией. Бенефициаром же этой системы оказывается мировая финансовая мафия. В качестве базового государства, обеспечивающего ей возможность осуществления глобальной экспансии, она еще в прошлом веке выбрала наиболее сильную и продвинутую в технологическом отношении страну — США. Китай, приступивший к реализации политики интернационализации юаня и к созданию финансовых структур, альтернативных МВФ и Всемирному банку, претендует как минимум на ту же геополитическую роль, которую ранее играл СССР, то есть стремится к разрушению сложившейся глобальной монополии. И в контексте борьбы за глобальное влияние не столь важно, что Китай пока еще не несет миру ясно сформулированной идеологической альтернативы американской «демократии», как это делал когда-то СССР. Важно, что он открывает миру альтернативные, не подконтрольные международной финансовой мафии каналы финансирования.

Не стать ядерной дубинкой США
При сохранении нынешней динамики развития экономик Китая и США последние неизбежно проиграют конкурентную борьбу в глобальном масштабе уже на горизонте 10–20 лет. Соответственно, для нынешних мировых элит возникла угроза потери контроля над глобальной финансовой системой. Понимая это, они предпримут все меры с целью остановить рост мощи Китая и подчинить его себе. Но китайская экономическая система в отличие от советской не только диверсифицирована, но и конкурентоспособна — китайские экономисты знают, как максимально защитить национальную экономику от внешнего влияния, а власти делают все необходимое для обеспечения экономической безопасности. Следовательно, одолеть Китай с помощью холодной войны американцам не удастся, а победить в обычной, при подавляющей численности китайской армии, и подавно. Остановить его можно, лишь победив в ядерной войне, но она несет угрозу и самим США. Остается последний вариант — остановить с помощью ядерной войны, но чужими руками. И единственной страной, способной решить такую задачу, является Россия. Спровоцировав конфликт между Россией и Китаем, США разом решают все проблемы: сохраняют свой оружейный потенциал, обезоруживают основных конкурентов, создают себе условия для тотального доминирования. Кому-то это может показаться невероятным. Но позвольте спросить: а как всего лишь три года назад вы оценивали вероятность полномасштабной войны Украины с Россией?
Главным препятствием на пути превращения нашей страны в ядерную дубинку США является неполный контроль над Россией в связи с тем, что с приходом Путина западные, прежде всего американские, элиты утратили часть той практически неограниченной власти, которой они обладали над Россией в 1990-е годы. Однако, несмотря на непопулярность в современной России либеральной идеологии и самих либералов, организовать переворот и передачу им всей полноты власти США вполне по силам. Обусловлено это отсутствием в стране влиятельных политических сил истинно патриотической ориентации; подконтрольностью финансовой системы России (и всех финансовых потоков) либералам, обслуживающим интересы международной финансовой мафии; отсутствием у патриотических сил финансовых ресурсов, необходимых для создания влиятельной политической партии. Но самое главное, пока российская финансовая система находится под контролем «пятой колонны» международной финансовой мафии, организовать в стране политический кризис, предварив его кризисом экономическим, не составит особого труда.
Контролируя два ключевых процесса денежного обращения — вброс денег в экономику и их инкассацию, можно создать в стране критический уровень дефицита ликвидности, спровоцировав национальный банковский кризис и валютную панику. Остановив под предлогом борьбы с паникой обслуживание банкоматов, а также прекратив выдачу наличных по вкладам, финансовые власти вполне способны в кратчайшие сроки обозлить народ настолько, что на протестные акции выйдут даже те, кто никогда не помышлял об этом. На волне протеста легко объединятся политические силы, ранее казавшиеся несовместимыми: патриоты, националисты, либералы, левые, которые на время забудут об идеологических разногласиях. И такой протест, подобно цунами, может смести любую власть. Имея опыт организации кризисов и революций, США, организовав в России финансовый кризис, способны преобразовать его в политический и сменить власть.
Те, кто полагает, что украинский сценарий в России невозможен, забывают о том, что экономика идет впереди политики, а в экономическом отношении Россия сегодня следует по стопам Украины с отставанием года на два-три. И если Украина сегодня — это оружие против России, то, передав власть в нашей стране таким же, как на Украине, марионеткам, США превратят Россию в оружие против Китая.

Деньги — главное оружие в современных войнах
Поскольку ход основных событий, несущих угрозу миру, обусловлен процессами, происходящими на глобальном уровне, способы их решения находятся там же. Из этого следует, что устранение угроз зависит от степени ответственности, прозорливости и решительности мировых лидеров, причем как официальных, обладающих политическими рычагами, так и неформальных, голос которых способен изменить вектор развития истории.
То, что человечество сегодня находится в преддверии слома существующего миропорядка и построения нового мира, признают практически все. Это значит, что какие-то люди будут принимать решения, определяя конфигурацию будущего мира и правила жизни в нем. Наиболее выгодное положение в новом мире обретут общества, принявшие самое активное участие в его строительстве. А какое место в этом процессе будет определено тому или иному обществу, зависит от степени влияния его лидеров. Однако степень влияния лидеров будет определяться не только мощью их государств, но и умением строить выгодные союзнические отношения, которые позволят достичь наиболее благоприятных условий. Залогом для этого является понимание принципа функционирования основных факторов, механизмов и инструментов, оказывающих наибольшее влияние на глобальные политические процессы. Это особенно важно понимать российским политикам, чья родина, СССР, в свое время проиграла в конкурентной борьбе именно в силу несоответствия знаний ее руководства требованиям времени и, соответственно, системного принятия ими ошибочных решений.
С легкой руки американского политолога и государственного деятеля Збигнева Бжезинского в политический обиход вошел термин «эпоха постхолодной войны». Действительно, холодная война между лидерами двух цивилизаций — капиталистической во главе с США и социалистической во главе с СССР — завершилась без их прямого вооруженного столкновения. Но эпоха холодных войн на этом не закончилась. Напротив, многоплановая конфронтация все больше набирает обороты в связи с ужесточением в мире межгосударственной конкуренции. А любая конкуренция между государствами, в какой бы форме она ни проходила (за исключением спортивного состязания), это всегда война. Причиной же войн во всех случаях является стремление овладеть ресурсами конкурентов. Все формы межгосударственной конкуренции направлены именно на это. Таким образом, в действительности холодная война является не чем иным, как новой, бескровной формой войны, возникновение которой обусловлено эволюцией денег — появлением ничем не обеспеченных, долговых (фиатных) денег и финансовых технологий, достаточно изощренных для того, чтобы поддерживать стабильность всей этой виртуальной системы и одновременно использовать ее с очевидной выгодой для ее учредителей и бенефициаров.
До появления долговых (фиатных) денег овладеть ресурсами народов других государств можно было лишь двумя способами — купить, обменяв на золото или серебро, выполнявшие функции денег на протяжении всей известной истории человечества, или отнять, победив в войне. Появление долговых бумажных, а потом и безналичных виртуальных денег, признаваемых человечеством мировой расчетной единицей, позволило их эмитентам получать в обмен на крашеную бумагу и компьютерные биты реальные продукты и ресурсы.
Чтобы оценить роль и значимость эволюции денег в истории человечества, нужно оглянуться на три с небольшим века назад, когда во времена Исаака Ньютона, возглавлявшего Королевский монетный двор, была осуществлена реформа, позволившая создать полноценный долговой рынок. Секрет крылся в системном создании полуфидуциарных (частично обеспеченных) денег. Денежная база Банка Англии лишь на 50% покрывала объем выпущенных в обращение обязательств. При этом проведенная Ньютоном монетная реформа, когда вся неполновесная монета в королевстве была обменена на новую не по весу, а по номиналу, восстановила доверие к наличным деньгам. Необходимое для перечеканки количество драгметаллов Англия заняла преимущественно в Нидерландах, но денежная реформа, суть которой была в том, чтобы поставить номинал валюты выше по значимости веса в золоте, существенно расширив при этом денежную базу, позволила контролировать внешний долг и вывести экономику на высокие темпы роста.
С тех пор эволюция денег двигалась по пути их дематериализации» — от значимости обеспечения к значимости номинала, от товара — к символу. При этом страны, которые деньги могли лишь заработать, то есть обменять на них свои товары, всегда были обречены экономически проигрывать странам, умевшим создавать собственные деньги и навязывать их в качестве меры стоимости. Только страны, сумевшие освоить науку суверенной эмиссии, могли создавать деньги в достаточном для своего развития количестве, и те же деньги становились дефицитным товаром для тех, кто не умел их создавать. Удовлетворение денежного голода в экономически отсталых странах вскоре стало составлять значимую статью в платежном балансе стран развитых. Вывоз товаров, на котором поднимались первые колониальные империи, сменился вывозом капитала — торговый империализм превратился в финансовый.
После Второй мировой войны пальму первенства перехватили США, чья валюта — доллар, на тот момент еще золотодевизный, то есть декларативно привязанный к весу в золоте, — в результате Бреттон-Вудских соглашений была навязана миру в качестве общемирового эквивалента стоимости и средства расчета. С 1971 г. он был полностью отвязан от золота, и сегодня вся создаваемая долларовая масса, как наличная, так и безналичная, является ничем не обеспеченными долговыми расписками, на которые народы мира обменивают созданные ими продукты и ресурсы, когда ведут международную торговлю.
Понимая бессмысленность торговли ресурсами в обмен на свои пустышки-доллары, США не являются ни нетто-экспортерами ресурсов, ни нетто-экспортерами товаров конечного спроса. Даже сейчас, столкнувшись в результате сланцевой революции с переизбытком предложения нефти на своем внутреннем рынке, они не отказываются от эмбарго на вывоз сырой нефти. Уже длительное время США сохраняют хронический дефицит торгового баланса. Они предпочитают экспортировать интеллектуальные и финансовые услуги, продукты в форме технологий и компьютерных программ и, конечно же, американские доллары — самый выгодный предмет своего экспорта. Доллары эмитируются фактически безгранично, но в неограниченном количестве купить на доллары можно лишь американские долги или акции компаний, котирующихся на бирже NASDAQ, львиную долю стоимости которых составляют нематериальные активы. Чтобы купить реальные активы в США, требуется разрешение Конгресса, получить которое нерезидентам из конкурирующих стран практически невозможно.
СССР проиграл холодную войну тогда, когда стал торговать своим сырьем за валюту своего главного конкурента, финансируя тем самым войну против самого себя. Китай учел этот опыт и, вступая на поле конкуренции с США и Западом за мировые ресурсы, поэтапно проводит политику вытеснения доллара США как средства расчета в своей внешней торговле. Это свидетельствует о возобновлении холодной войны на качественно новом уровне — на этот раз оба противника достаточно компетентны. Цель ее та же, что и горячих войн, — стремление одних элит овладеть ресурсами других.

Между молотом и наковальней
Версальский принцип мироустройства на основе национальных государств себя изжил. Как мы уже отмечали, при этом «геоэкономическое противостояние не исчезает, а все явственнее переходит с межстранового уровня на уровень борьбы макрорегионов. <...> Что в уличных драках, что в глобальных «разборках» бесполезно поодиночке пытаться противостоять сплоченной группе — надо сколачивать собственную. <...> Направление и характер современной интеграции <...> позволяют сделать вывод не столько об оптимизации экономических пропорций и процессов в глобальных масштабах, сколько об оптимизации форм международного экономического соперничества» [2].
Сегодня не национальная, а, если так можно выразиться, финансовая идентичность — приверженность определенному рынку и валюте — в большей степени определяет, где проходят линии напряженности, где союзники, а где противники. При этом ни одна страна мира сейчас не способна в одиночку создать финансовый рынок достаточной глубины ликвидности, чтобы господствовать над всеми остальными. Раз время национальных игроков-одиночек закончилось, значит, настало время макрорегионов-цивилизаций. И уже отчетливо видны контуры двух из них — сложившейся за последние триста лет западной цивилизации и утратившего влияние в XIX в., но вновь восстановившегося в конце XX — начале XXI в. Китая.
Руководство России стоит сегодня перед выбором: куда двигаться. В цивилизационном отношении мы весьма далеки от Китая, но и путь на Запад нам на данном этапе закрыт политически. Наше «окно возможностей» — альянс с «пограничными» в цивилизационном отношении странами. Наиболее перспективные потенциальные союзники — восточные, но при этом достаточно вестернизированные, Индия и Япония, а также исламские Турция и Иран, учитывая, что ислам в самой России является сегодня значимой частью религиозного фундамента государства, а традиционная исламская культура, как показывает исторический опыт, достаточно органично и непротиворечиво вписывалась в полифоническую культуру нашей страны. К тому же значение этого комплементарного сосуществования культур будет усиливаться пропорционально росту исламского населения. Если ставить себе цель не быть раздавленными в среднесрочной исторической перспективе в ходе противостояния Запада и Китая — между ними наша страна, вероятно, окажется в скором будущем как между молотом и наковальней — то у России нет альтернативы упрочению сотрудничества с Индией и той частью исламского мира, которая стремится к независимому от США или Китая развитию. А если Москва умело разыграет свои геополитические карты, то и Япония перед лицом китайской угрозы будет лояльна России и готова к сотрудничеству.
США не оставят Россию в покое, пока не решат свои проблемы, и к этому мы должны быть готовы. Сможет ли Россия противостоять давлению в одиночку, как она пытается это делать сегодня? Возникает все больше и больше сомнений в том, что она способна на это, как и в том, что Китай предоставит ей какую-то значимую опору. Китайцы не заинтересованы в крахе России и превращении ее в подконтрольную Западу страну и вряд ли допустят это, если дело до этого дойдет, но не заинтересованы они и в развитии России, так как понимают, что едва ли сумеют сделать ее просто элементом своей сферы влияния. Россия еще не настолько слаба, чтобы подходить к ней с такими амбициями, но и недостаточно сильна, чтобы Китай стал общаться с ней, как с сопоставимой силой. Китай выжидает, и его политика понятна. Внешняя, да и не только внешняя политика Москвы оставляет впечатление, что Россия тоже чего-то ждет. То ли что нефть подорожает, то ли что Европа изменит свою проамериканскую позицию… Проблема в том, что время работает на Китай и против России.
Время работает и против США, но, если США проиграют Китаю быстрее, чем Россия угаснет в своей экономической стагнации и неспособности проводить эффективную комплексную внешнюю политику, наша страна от этого не выиграет. Может выясниться, что остаться один на один с новым гегемоном по ту сторону Амура страшнее, чем остаться один на один со старым заокеанским врагом. От врага за океаном хотя бы не надо охранять сухопутную границу.


Продолжение


  • 1
  • 1
?

Log in

No account? Create an account